Глава восьмая. ПЛАНЕТА ИКС







Мне казалось, что это обычный сон. Встану сейчас, открою дверь, окно, и в комнату ворвется прохладный ветерок утра. Потом я вспомнил, что окна не открыть - его вовсе нет, понял, что меня разбудило реле времени, а значит, протекли годы и годы с момента погружения в анабиоз. Интересно, где мы сейчас находимся?
Я едва дождался конца цикла пробуждения и, накинув одежду, выскочил в рубку. На экранах, почти рядом - рукой подать - ослепительно сиял центр Галактики. Небесную сферу густо усеивали яркие крупные звезды.
- А где наша желтая? - спросил я Петр Михайловича, который, вероятно, давно находился в рубке.
- Прямо по курсу. И всего в полумесяце пути.
Искатель уверенно нацелился в желто-белую звездочку. Она светилась ярче остальных и уже показывала маленький диск. Очевидно, в мощный телескоп можно было бы разглядеть ее поверхность.
- Где-то теперь наше солнце?..
- Даже не ищите. Где-то на заброшенной окраине Галактики. Мы уже в центре ее, в столице, так сказать. Что нам за дело до каких-то окраинных обитателей!
Ровно пел свою мелодию гравиметр. Скорость держалась на уровне пяти тысяч километров в секунду. Да, здесь не разгонишься! Повсюду мощные гравитационные поля, и вместо нужной нам желтой звезды можно набрести на какую угодно другую. Интересно, есть ли жизнь на здешних планетах? А может быть, вообще органическая жизнь в этой части Вселенной существует только на двух-трех маленьких островках вокруг захолустного Солнца?
Я поделился с Петром Михайловичем своими сомнениями.
- Чушь, - уверенно сказал он. - Если Вселенная бесконечна в пространстве-времени, бесконечно и число обитаемых миров, пусть они разделены даже биллионами парсеков!
- Но в ближайших к Солнцу звездных системах ведь не оказалось разумных существ? И это несмотря на упорные поиски астронавтов в течение последних двухсот лет?!
Самойлов на минуту задумался.
- Это нисколько не противоречит философии диалектического материализма, - сказал он. - Действительно, в окрестностях Солнца не оказалось разумных существ, хотя и обнаружена богатая зона органической жизни в экосфере [Экосфера - область пространства вокруг звезды, в которой имеются условия, необходимые для развития органической жизни.] Сириуса, Шестьдесят Первой звезды Лебедя и Альфы Центавра.
...Но кто сказал, что разумные существа, высший цвет материи, должны быть именно в ближайших к Солнцу планетных системах?
- Этого никто не утверждал, - согласился я. - Скорее всего разумные существа не часто будут встречаться астронавтами Земли, даже если они обследуют все пространство вокруг Солнца радиусом до тысячи парсеков. Неужели мы не встретим их здесь, в центре Галактики? И будущим поколениям человечества придется лететь за биллионы световых лет, чтобы увидеть, наконец, своих собратьев по разуму?
- Сомневаюсь. Это все равно, что на Земле искать древнюю цивилизацию где-то в Антарктиде, а не в бассейнах великих рек теплого и умеренного климатов.
- Они, конечно, неизмеримо выше нас по развитию? - предположил я.
- Отнюдь нет! - живо возразил Самойлов. - Мы явимся к нашим предполагаемым галактическим собратьям далеко не бедными родственникам. Вот хотя бы наша "Урания"... Но поучиться нам, видимо, будет чему.
- Похожи ли они на землян? Неужели какие-нибудь медузы или насекомоподобные уродцы?
Я не мог сдержать отвращения.
- Вряд ли высокая организация живого существа совместима с подобным строением тела. Ты просто начитался фантастических романов. Скорее всего это будут существа, подобные нам. Или даже лучше, пожалуй.
- Почему лучше? - признаться, я не представлял себе ничего гармоничнее, красивее человеческого тела, и последние слова Самойлова поколебали это мое представление.
- Потому что Земля не есть лучший из миров для широкого развития разума, как сказал древний астроном Фламмарион.
- Что-то непонятно, - сказал я.
- Это очень просто объясняется. Дело в том, что царь и венец творения - homo sapiens - тратит большую часть своих усилий на приобретение средств к существованию. По астрономическому положению Земля - не очень выгодная планета. Ось ее вращения наклонена к плоскости эклиптики под острым углом в двадцать три с половиной градуса, обусловливая резкую разницу в климатах. Это не совсем благоприятно для развития человечества.
Мне стало немного обидно за нашу прекрасную Землю. Возвращаясь к ней после скитаний в холодных, безжизненных просторах Космоса, я всегда испытывал буйный восторг, погружаясь в ласковую, теплую атмосферу Земли, залитую солнечным светом, и вдыхая опьяняющий воздух ее просторов.
Петр Михайлович с легкой улыбкой посмотрел на мое, вероятно обиженное лицо.
- Чем продолжительнее годы и чем меньше отличаются друг от друга времена года, тем условия существования животных и растений более благоприятны, - продолжал он тоном лектора. - Если, например, ось вращения планеты перпендикулярна к плоскости ее орбиты движения вокруг звезды, - одно и то же время года будет царствовать везде. На каждой широте будет своя, постоянно одинаковая температура, а дни всегда равны ночи. Можно себе представить, как плодородна такая привилегированная планета, как удобна для материальной и нравственной жизни разумных существ! На такой планете жизнь должна проявляться в высших формах, согласно большим удобствам обстановки.
- Да есть ли такая планета где-либо в небесных пространствах? Ведь все это пока теория...
- Конечно, есть, - убежденно подтвердил Петр Михайлович. - И мне кажется, что здесь, в центральных зонах Галактики. Может быть, та самая планета Икс, которую мы разыскиваем.
- Как интересно было бы познакомиться с другими разумными существами! - размечтался я. - Намного ли они опередили нас в развитии? Легко ли дается им познание окружающего мира? Общим ли для всех разумных существ является путь развития науки?
- Вряд ли, - отвечал ученый. - Наш путь развития науки - не самый лучший. Для нас, землян, процесс познания есть долгий и трудный процесс. Такими уж создала нас природа. Но могут быть разумные существа, которые обладают такими тонкими чувствами и таким сильным разумом, что чудеса и законы природы постигаются ими невольно и почти сразу.
Я недоверчиво покачал головой.
- Что же, у них будет восемь глаз или шесть рук?
- Ну зачем так грубо... - Петр Михайлович поморщился. - А впрочем, я уверен, что у них не пять органов чувств, как у нас, а больше...
- Это уж сказки! - запальчиво возразил я. - Ведь законы развития природы общие для всей Вселенной, и не может быть каких-то фантастических вундеркиндов!
Их существование не противоречит законам природы, - возразил Самойлов. - Большее число органов чувств неизмеримо расширяет возможности познания мира. Кроме того, их наука может развиваться совершенно иными путями, в то же время правильно отражая единые для Вселенной законы бытия. Вот, например, математика - основа человеческого знания. Из основных аксиом математики мы на Земле последовательно вывели все правила и теоремы арифметики, геометрии, алгебры, тригонометрии и высшего анализа, начиная с первых теорем Евклида до тензорного анализа. Однако это не значит, что на других мирах разумные существа построили точно такое здание математики. Ничто не доказывает, что наши методы счисления были единственно возможными и что путь, пройденный нами в науке, был единственным, открытым для разума. Может случиться, что их математика дошла до методов, которые мы себе и представить не можем...
Я невольно заслушался. Петр Михайлович увлекся, его голос звучал почти торжественно, глаза блестели: академик сел на любимого конька. У меня в голове тоже стали зарождаться фантастические идеи.
- Скажите, - робко начал я, - могут ли быть существа, воспринимающие кривизну пространства-времени так же наглядно и конкретно, как мы воспринимаем свет или пейзаж?
Самойлов одобрительно посмотрел на меня.
- Браво, браво!.. Ты начинаешь размышлять. Это очень интересный вопрос. По моему, такие существа возможны.
Мы долго молчали, размышляя о затронутых вопросах каждый по своему. На экранах загадочно светились далекие и близкие миры, на одном из которых, возможно, есть удивительные существа, воспринимающие недоступные пока нам свойства материи.
- А мне все-таки очень хочется посмотреть мир вечной весны... - нарушил молчание Петр Михайлович.
- Скучный мир, - сказал я.
- А вам нужны ураганы, наводнения, морозы?.. - Он скептически усмехнулся.
- Мне нужна жизнь. Мне недостаточно только познавать мир. Я хочу еще и помериться с ним силами. Земная цивилизация возникла не на райских островах, и первобытный человек, впервые взявший в руки дубину и первым добывший огонь, чтобы спастись от голода и холода, стоит у ее истоков... В конце концов мы открываем этих счастливых небожителей, а не они нас. Пока они нежились под своим превосходным небом, человек Земли покорял стихии, пересекал океаны и нехоженые континенты, проливал кровь и приносил неслыханные жертвы, чтобы построить новый мир и стать господином земной природы. И вот поднялся теперь к центру Галактики!
После этого разговора меня почему-то еще сильнее потянуло на Землю, пусть и не лучшую, как уверяет академик, планету, но где все соответствует моим понятиям о правде, красоте, разуме. И где меня ждут...


далее: X X X >>
назад: X X X <<

Александр Колпаков. Гриада
   Глава первая. РОЗЫ И ТЕРНИИ
   X X X
   Глава вторая. АКАДЕМИК САМОЙЛОВ
   Глава третья. СЕРДЦЕ ОСТАЕТСЯ НА ЗЕМЛЕ
   X X X
   X X X
   Глава четвертая. "УРАНИЯ"
   X X X
   Глава пятая. МЫ УХОДИМ В БЕСКОНЕЧНОСТЬ
   X X X
   Глава шестая. ЗА ПОРОГОМ НЕВИДИМОГО
   X X X
   Глава седьмая. ВЗРЫВ СВЕРХНОВОЙ
   X X X
   Глава восьмая. ПЛАНЕТА ИКС
   X X X
   Глава девятая. СОБРАТЬЯ ПО РАЗУМУ
   Глава десятая. В СЕРДЦЕ ТРОЗЫ
   Глава первая. "ЗОЛОТОЙ ВЕК" НА ГРИАДЕ
   X X X
   X X X
   Глава вторая. ЧТО ЖЕ ТАКОЕ ГРИАДА?
   X X X
   X X X
   Глава третья. ОСТРОВА ОТДЫХА
   X X X
   Глава четвертая. ДЕТИ ОКЕАНА
   X X X
   X X X
   Глава пятая. ЭРОБСЫ
   X X X
   Глава шестая. ПОБЕГ ИЗ ТРОЗЫ
   X X X
   Глава седьмая. ГИГАНТЫ
   X X X
   Глава восьмая. ВЛАСТЕЛИНЫ КОСМОСА
   X X X
   Глава девятая. РАДОСТЬ ПОЗНАНИЯ
   X X X
   X X X
   Глава десятая. КОНЕЦ ПОЗНАВАТЕЛЕЙ
   X X X
   X X X
   X X X
   Глава одиннадцатая. ПРОЩАЙ ГРИАДА!
   ВМЕСТО ЭПИЛОГА